Главная причина рзрушения общественного строя СССР. Последствия и уроки на будущее

ОТСУТСТВИЕ СИСТЕМЫ НАРОДНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ
ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА РАЗРУШЕНИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО СТРОЯ СССР.
                        ПОСЛЕДСТВИЯ И УРОКИ НА БУДУЩЕЕ
Среди различных причин разрушения общественного строя СССР обычно называют ошибки планирования, чрезмерную милитаризацию экономики, происки империалистических держав и антисоциалистических сил внутри страны, перерождение и предательство части партийно-государственного руководства, догматизм в общественных науках.
Все эти причины, несомненно, имели место. Однако они не могут объяснить разрушение общественного строя. Почему общественный строй, существовавший в СССР, не выработал иммунитета против этих недостатков и разрушительных тенденций, не смог противостоять им, не смог победить в соревновании с капитализмом, доказав преимущества социализма?
При таких объяснениях остается в тени и такой важнейший вопрос, почему большинство населения СССР проявило поразительную пассивность и не встало на решительную защиту существовавшего в стране общественного строя даже тогда, когда его разрушение принесло ему неисчислимые бедствия?
Отвечая на эти вопросы, следует, прежде всего, отметить, что разрушение существовавшего в СССР общественного строя нельзя отождествлять с поражением социализма, считать доказательством его нежизнеспособности и ошибочности социалистической теории.
Разрушение общественного строя связано с отсутствием одной из фундаментальных основ социализма.
В практике социалистического строительства в СССР произошло е отступление от одного из ключевых положений социалистической теории– неразрывной связи становления и развития социализма с расширением самоуправления народа.
Народное самоуправление в СССР. Победа Октябрьской революции открыла путь к становлению системы народного самоуправления.
Эта задача ставилась не как отдаленная перспектива, но как принятие немедленных мер в этом направлении [1].
Ключевое значение имел вывод о том, что развитие самоуправления может происходить только на основе развития нового типа государства – Советской власти. В.И.Ленин писал, что государственный аппарат Советов является аппаратом, «посредством которого авангард угнетенных классов может поднимать, воспитывать, обучать и вести за собой всю гигантскую массу этих классов, до сих пор стоявшую совершенно вне политической жизни, вне истории», «дает возможность соединять выгоды парламентаризма с выгодами непосредственной и прямой демократии»[2].
В то же время В.И.Ленин признавал, что низкий культурный уровень большинства народа в начальный период становления Советов не дает возможности превратить его в орган самоуправления всех народных масс: «До сих пор,- писал он в 1919 г.,- мы не достигли того, чтобы трудящиеся массы могли участвовать в управлении, – кроме закона, есть еще культурный уровень, который никакому закону не подчинишь. Этот низкий культурный уровень делает то, что Советы, будучи по своей программе органами управления через трудящихся, на самом деле являются органами управления для трудящихся через передовой слой пролетариата, но не через трудящиеся массы"[3]
Поэтому, наряду со становлением Советов, ставилась задача обучения широких народных масс участию в управлении. В частности, намечалось «всю трудящуюся массу, и мужчин и женщин особенно, провести через участие в Рабоче-Крестьянской инспекции»[4].
После Октябрьской Революции и национализации промышленности произошло повсеместное распространение и углубление практики рабочего контроля, участия рабочих в управлении. Большая часть членов заводоуправления стала избираться общими собраниями коллективов. Через фабзавкомы коллективы участвовали в создании и работе советов народного хозяйства, призванных координировать деятельность предприятий одного региона. Проведение съездов совнархозов и участие местных совнархозов в работе ВСНХ создавало условия для повышения уровня участия трудящихся в управлении. В том же направлении действовало делегирование представителей трудовых коллективов в городские советы, которые тоже занимались решением хозяйственных вопросов (как непосредственно, так и через своих представителей в совнархозах) и тоже были объединены в общероссийском масштабе. Таким образом, возникали «основы системы самоуправления общественно-объединенных рабочих»[5].
Однако эта система не получила развития.
Роль общих собраний коллективов в основном сводилась к совещательным функциям; они и их представительные органы утрачивали функции принятия стратегических решений. С переходом к новой экономической политике решения стали приниматься директорами (правлениями) трестов, которые уже не выбирались коллективами, а назначались 'сверху'. В 30-е годы назначение управленческих кадров 'сверху' закрепилось и применялось даже в хозрасчетных бригадах. В 1934 г. была упразднена РКИ и трудящиеся лишились права контроля за вышестоящими звеньями хозяйственного аппарата. Ликвидация системы делегирования представителей коллективов в местные органы власти означала «ликвидацию основного канала осуществления экономической власти общественно-объединенных рабочих, ибо они утратили реальное влияние на организацию выборов, возможность отзыва депутатов»[6].
Тенденция к развитию народного самоуправления пробивала себе дорогу и на других этапах эволюции СССР, ибо с неизбежностью порождалась ею как имманентно присущая социалистическому пути развития. Она базировалась на вековом стремлении народа к самоуправлению, к участию в принятии решений.
Она проявлялась в зарождении различных форм непосредственного народного участия в контроле и управлении, возникновении зачатков самоуправления.
Так, с 1957 г. производственные совещания, которые возникли еще в 20-х годах и рассматривались как школа управления, были преобразованы в постоянно действующие.
В начале 60-х годов были созданы органы партийно-государственного, впоследствии народного, контроля, причем народные контролеры действовали и за рамками своих предприятий.
Определенное развитие получили коллективные формы организации и оплаты труда. Введение распределения по КТУ (коэффициенту трудового участия) означало передачу бригаде права принятия решений по использованию части премий. Внедрение бригадного хозрасчета предоставило бригаде возможность самостоятельно решать более широкий круг вопросов. Одновременно складывалась система влияния рабочих на все уровни управления внутри предприятия: собрание бригады - совет бригады - цеховой комитет бригадиров – заводской совет бригадиров.
Важным шагом на пути развития производственного самоуправления стало принятие в 1987 г. Закона о государственном предприятии (объединении). В соответствии с Законом, общее собрание (конференция) трудового коллектива наделялось правом решения таких стратегических вопросов, как утверждение планов развития предприятия и выборы его руководителя. Широкими правами наделялся избираемый общим собранием (конференцией) трудового коллектива Совет трудового коллектива. В частности, в Законе говорилось, что СТК «решает вопросы совершенствования управления и организационной структуры предприятия, обеспечения соответствия оплаты труда работников их личному вкладу и справедливого распределения социальных благ», «принимает решения об использовании фондов развития производства, науки и техники, материального поощрения, социального развития», «решает другие вопросы производственного и социального развития, если они не отнесены к компетенции собрания (конференции) трудового коллектива». «Решения совета трудового коллектива, принятые в пределах его полномочий и в соответствии с законодательством, обязательны для администрации и членов коллектива», а «при несогласии администрации предприятия с советом трудового коллектива вопрос решается на общем собрании (конференции) трудового коллектива».
Зарождались и определенные элементы общественной территориальной системы самоуправления: МЖК, комитеты и советы общественного самоуправления жителей микрорайонов. Начинался процесс их объединения в более широкие ассоциации.
    Одним из феноменов конца 80-х годов стало возникшее снизу в ходе забастовочного движения шахтеров зарождение новых структур рабочего самоуправления в районах забастовок. Такими структурами стали, помимо забасткомов и стачкомов, рабочие комитеты, а в дальнейшем – Союз Трудящихся Кузбасса и Съезды Рабочих. Забастовочные (рабочие) комитеты шахтеров в 1989-90 годах были фактически параллельными структурами власти. Ни одно важное решение на предприятии или в местных органах власти не принималось без согласования с ними. Эти органы стали на какое-то очень короткое время подлинными органами рабочей власти, которые взяли на себя функции управления в городах Кузбасса и некоторых других областей в момент паралича государственной власти на местах.
Однако производственное самоуправление ограничивалось уровнем предприятия, а, при отсутствии системы и инфраструктуры самоуправления, даже на этом уровне оно было неэффективным.
 Не была восстановлена и система избрания трудовыми коллективами депутатов в Советы, связь между производственным и политическим самоуправлением.
 
Существовал целый ряд объективных факторов, затруднявших эту задачу.
   Общественный строй СССР зародился в относительно отсталой стране, с сильными феодальными пережитками, монархическим и крайне бюрократизированным правлением, в стране, где отсутствовали развитые институты демократии. Он возник в условиях первой мировой и гражданской войн и вызванной ими разрухи. В дальнейшем на его формирование отрицательное влияние оказало враждебное внешнее окружение и вторая мировая война.
Все это усиливало тенденции к чрезмерной централизации и бюрократизации в курсе на построение социализма, в характере планирования, в распоряжении и управлении общественной собственностью, к монополизации управленческих функций иерархически структурированной партийно-государственной номенклатурой.
 
Номенклатура стала относительно самостоятельным фактором консервации такой системы управления и стремилась сохранить ее даже тогда, когда объективная потребность в усилении централизации управления сменялась столь же объективной необходимостью его децентрализации и демократизации.
 
Имея в виду истоки неполной реализации истинной природы социализма и характер его деформации, можно назвать сложившуюся в СССР общественную систему «бюрократическим» социализмом с определенными феодальными чертами.      
Она, несомненно, обладала явными социалистическими свойствами и тенденциями развития, ибо базировалась на государственной собственности на средства производства и плановом хозяйстве, исключала возможность существования устойчивых эксплуататорских классов, сводила к минимуму экономическое и социальное неравенство, обеспечивала надежные гарантии определенного уровня важнейших материальных и социальных видов потребления.
Вместе с тем монополизация номенклатурой функций распоряжения и управления государственной собственностью не дала полностью реализоваться этим свойствам и тенденциям, придала всей общественной системе ряд черт, несовместимых с истинным социализмом.
Эти черты проявлялись в экономической, социальной, политической и духовной сферах, блокируя движение к обществу, базирующемуся на самоуправлении народа.
Поскольку большинство народа было отстранено от участия в управлении и распоряжении общественной собственностью, государственная собственность не смогла полностью реализоваться как общенародная, а коллективная собственность была фактически огосударствлена.
Планирование было жестко централизовано и недостаточно адекватно отражало и гармонизировало действительные потребности большинства населения и возможности их удовлетворения.
Это гипертрофировало элемент принуждения и насилия в деятельности государства в экономической, социальной и политической сферах, который в отдельные периоды и в отдельных проявлениях имел схожие с феодальными черты.
В социально-экономической сфере такими проявлениями были своего рода прикрепление крестьян к земле путем отказа в выдаче паспортов, периодическое насильственное изъятие у них не только прибавочного, но и части необходимого продукта, использование методов принуждения в поддержании трудовой дисциплины, прикреплении работников к месту работы и жительства (через систему прописки) и т.п.
В социально-политической сфере это проявлялось в своего рода кастовом обособлении членов единственно разрешенной правящей партии. С одной стороны, они имели дополнительные права на получение 'закрытой' государственной информации, на занятие определенных государственных постов и т.п. С другой стороны, в рамках 'партийной дисциплины' на них возлагались дополнительные обязанности, в той или иной мере ограничивавшие их в реализации тех свобод, которыми пользовались другие граждане: свободы в выборе работы, места жительства, частной жизни.
В духовной сфере, социалистическая теория, призванная быть творческой научной теорией, инструментом познания меняющегося мира и сознательного применения полученных знаний в социалистическом строительстве, во многом приобрела черты почти религиозных, предписываемых 'сверху' и не подлежащих обсуждению догматов веры, которые был обязан исповедовать весь народ.
Наиболее крайними проявлениями всех этих недостатков было преследование инакомыслия и массовые репрессии.
 
Отсутствие последовательного развития самоуправления трудящихся оставило невостребованным громадный творческий потенциал народа, массовую предприимчивость и инициативу. В результате общественная система СССР оказалась слишком консервативной и инертной, что ослабляло ее позиции в соревновании с капитализмом.
Подрывалась и социальная база системы.
Большинство народа, отстраненное от непосредственного управления и распоряжения государственной и коллективной собственностью, не воспринимало ее как свою собственную и не было готово к ее защите. Отстранение от действенного участия в процессе государственного управления вызывало определенное отчуждение от государства, которое воспринималось как нечто, стоящее 'над' гражданами.
С установлением президентской системы правления была подорвана сама сущность советской власти.
В центре внимания избирателей стали не программы политических сил, а личностные представления о кандидатах в президенты – что во многом является продуктом профессиональных имиджмейкеров.
 
Не могла стать прочной социальной базой социализма и партийно-государственная номенклатура. С одной стороны, монополия на управление и распоряжение общественной собственностью, на государственное управление в целом обеспечивала ей привилегированное положение и заинтересованность в сохранении такой монополии. С другой стороны, для каждого отдельного представителя номенклатуры сохранение его положения не было гарантировано. Члены номенклатуры не были классом и даже устойчивым социальным слоем в собственном смысле этого слова, так как их положение было чисто функциональным, не передавалось по наследству и зависело от многих привходящих обстоятельств (в частности, от личностных отношений с представителями номенклатуры, занимающими более высокое положение на иерархической лестнице). Привилегированное положение в любой момент могло смениться потерей не только привилегий, но и тех прав, которыми пользовались другие граждане, - не только вследствие изменения соотношения политических сил, но и в результате персональных изменений в составе номенклатуры.
Это порождало две опасные для социалистического строительства поведенческие тенденции представителей номенклатуры.
Часть из них стремилась сохранить свое привилегированное положение путем консервации своей монополии на функции управления государственной собственностью, на государственное управление в целом – и тем самым противодействовала развитию самоуправления народа.
Другая часть стремилась 'капитализировать' эти функции путем трансформации их в свою частную собственность. Поскольку на пути такой трансформации стояла социалистическая идеология, это формировало у данной части номенклатуры определенный антисоциалистический потенциал.
Выкорчевывание основ народного самоуправления в постсоветской России и его последствия.
Все это позволило придти к власти антисоциалистическим силам.
В своем движении к власти они тоже опирались на массовое недовольство тем, что партийно-государственная номенклатура монополизировала управление собственностью и государством, на стремление народа к участию в принятии решений, к самоуправлению. Победу им во многом обеспечили такие лозунги, как «Отобрать собственность у номенклатуры и бюрократии и передать ее народу!», «Сделать всех хозяевами!», «Вся власть Советам!» и т.п.
В обоснование приватизации утверждалось, что государственная собственность принадлежала лишь партийно-государственной номенклатуре, бюрократии, служила лишь их интересам, а приватизирующее эту собственность правительство - «первое народное правительство, которое не отнимает у народа, а дает ему» (слова А.Чубайса), «наделяет народ собственностью», осуществляет «справедливый раздел государственного имущества между жителями России», «превращает их в хозяев».
Однако их действительная политика после прихода к власти имела прямо противоположную направленность: ликвидировать общенародную собственность и зачатки самоуправления трудящихся, превратить последних в бесправную дешевую наемную рабочую силу для новых доморощенных и зарубежных хозяев.
Те, кто в период борьбы за власть обеспечивал себе массовую поддержку лозунгом «Вся власть Советам!», после прихода к власти ликвидировали всю систему Советов.
Первым актом Верховного Совета России после того, как Б.Н.Ельцин стал его председателем, была ликвидация системы Народного Контроля.
Основная часть государственной собственности практически за бесценок перешла в руки узкого круга хозяев.
Характерно, что те формы преобразования государственной собственности, которые передавали предприятия во владение трудовых коллективов и могли бы содействовать развитию их самоуправления (производственные кооперативы, самоуправляемые народные предприятия, передача предприятий в коллективную собственность трудовых коллективов) были исключены из программ приватизации.
Вслед за ликвидацией прав трудовых коллективов и СТК, с которыми была связана реализация прав трудовых коллективов на участие в контроле и управлении предприятиями, из правовой сферы было устранено само понятие «трудовой коллектив». Замена его термином «работники» призвана отменить законодательное признание трудового коллектива как организованной социальной общности, обладающей коллективными правами, разобщить его членов.
Были резко ограничены сфера и роль профсоюзов, права работников.
На многих приватизированных предприятиях новые хозяева разогнали профсоюзы, отменили практику заключения коллективных договоров. 
Часть трудящихся попала под власть криминальных структур.
На мелких и средних предприятиях трудовой кодекс часто вообще не действует. Нередки стали случаи полурабского труда и условий жизни, особенно среди иммигрантов.
О дальнейшем развитии этого процесса  можно судить по проекту поправок к Трудовому кодексу, подготовленному Комитетом по рынку труда РСПП, который возглавляет миллиардер М.Прохоров. Комитет предлагает закрепить в законе возможность введения для работников 60-часовой рабочей недели вместо существующего в настоящее время максимума в 40 часов. Чтобы работник «добровольно» соглашался работать 12 часов в день вместо 8 часов, предлагается разрешить работодателю менять трудовой договор "по причинам экономического характера", сократить с нынешних двух до одного месяца срок обязательного предупреждения работника об увольнении, устранить «завышенные нормы, которые регулируют рабочее время и время отдыха работника», и отменить предоставляемые "слишком большие" льготы и компенсации.
В этом же направлении должны действовать поправки о формах найма. Вместо преобладающего в настоящее время бессрочного трудового договора с работником (который М.Прохоров считает «пережитком советской экономики»), предлагается расширить основания для заключения с работниками срочного трудового договора. В частности, поправками предлагается заключать срочный договор с "лицами, поступающими на работу впервые", в том числе и с выпускниками вузов и средних специальных учебных заведений. Также работодатели предлагают срочный трудовой договор работникам, достигшим 60 лет и имеющим право на полную трудовую пенсию. Поправками уточняется, что срочный договор "с принимаемым на работу или уже находящимся в трудовых отношениях с работодателем может быть ограничен определенным сроком: от одного года до пяти лет/". Продлеваться договор будет только с согласия работодателя.
Кроме того, работодатели предлагают предоставлять оплачиваемые отпуска для сдачи экзаменов только тем работникам, которых они сами направили на обучение.
Эту поправку органично дополняет другое предложение М.Прохорова, высказанное им на заседании Госсовета: изменить соотношение между высшим и средним профессиональным образованием в пользу последнего, в несколько раз уменьшив число преподаваемых профессий, сократить срок обучения в системе среднего профессионального образования с 2-3 лет до 6-7 месяцев (за счет исключения «ненужного» (российскому бизнесу?) полного среднего образования), снизить степень защиты детского и юношеского труда, уменьшив возрастные ограничения его неограниченного использования с 18 до 15 лет.
В своей совокупности эти предложения отбрасывают трудовое законодательство России в XIX век, отменяют важнейшие права человека, завоеванные с этого времени. Основную часть народа предполагается превратить в бесправную, малообразованную и узкоспециализированную дешевую рабочую силу, своего рода придаток к оборудованию, в той мере в какой в ней нуждается бизнес.
И не только российский. Со времен правительства Е.Гайдара руководство страны главные надежды в экономическом развитии страны и ее модернизации возлагает на иностранные инвестиции. И одной из приманок для иностранного бизнеса является дешевизна рабочей силы в России.
Такие работники не способны обеспечить модернизацию производственно-технической базы страны и годятся лишь для отсталой сырьевой экономики.
И, уж конечно, у них не будет ни сил, ни образования для того, чтобы участвовать в процессе принятия решений, в самоуправлении.
Сознательно демонтируются коллективные формы сельского хозяйства, подрывается база сельского самоуправления, что сопровождается падением сельскохозяйственного производства и массовым исходом населения из деревни.
Разрушение и стагнация промышленного и сельскохозяйственного потенциала России усиливает безработицу, которая заставляет трудящихся соглашаться на любые условия работы и ее оплаты.
    Потенциал народного самоуправления и демократии в целом подрывается выкорчевыванием идеологии коллективизма. К.Маркс писал: «Только в коллективе существуют для каждого индивида средства, дающие ему возможность всестороннего развития своих задатков, и, следовательно, только в коллективе возможна личная свобода»[7]. Но, провозгласив своим главным принципом «свободу личности», «реформаторы» еще в период существования СССР направили свой первый залп именно против принципа коллективизма. И это не случайно, ибо коллективизм является базой любого самоуправления. Объектом критики стал А.Макаренко как идеолог коллективного самоуправления.
Под предлогом ликвидации идеологизации молодежи и устранения институтов, сковывающих «свободу личности», были ликвидированы пионерские и комсомольские организации. При всех своих недостатках, они были своеобразной школой повседневной выборной демократии. Альтернативных организаций создано не было.
 
 Деформируется и сокращается информационное поле для большинства народа. «Мысли господствующего класса, - писал К.Маркс, - являются в каждую эпоху господствующими мыслями. Это значит, что тот класс, который представляет собой господствующую материальную силу общества, есть вместе с тем и его господствующая духовная сила. Класс, имеющий в своем распоряжении средства материального производства, располагает вместе с тем и средствами духовного производства, и в силу этого мысли тех, у кого нет средств для духовного производства, оказываются в общем подчиненными господствующему классу»[8].
Если в период существования СССР главными героями фильмов были рабочие, крестьяне, интеллигенция и партийные работники, то теперь их сменили бизнесмены и лидеры криминальных группировок, ставшие главными героями бесчисленных сериалов. Как заявил в своем докладе на XV съезде Российского союза промышленников и предпринимателей президент РСПП А.Н.Шохин, одной из главных целей этой организации является «формировать и укреплять положительный образ российского бизнеса в стране и за рубежом». «Для России крайне важно, - заявил Президент РФ Дмитрий Медведев на встрече с руководителями американских венчурных фондов, - создать положительный образ бизнесмена. Нужно сделать все для того, чтобы фигура бизнесмена стала популярной, чтобы человек, который занимается бизнесом (не важно каким — большим или малым), воспринимался как человек, который создает основу для успеха и процветания общества в целом». Необходимость тиражирования успеха и положительных примеров в сфере бизнеса, по мнению Президента, крайне важна, поскольку в России образ бизнесмена для общественного мнения не является однозначно положительным. 
 В то же время, с экранов телевизоров, которые являются главными источниками информации для народа, почти полностью исчезли представители рабочего класса, жизнь которых стала «неинтересной».
Но еще более существенной стала фактическая блокировка информации для народа о действительном положении в стране, о результатах проводимого в стране социально-экономического курса, информации, являющейся основой не только свободы и демократии, но также эффективного управления и самоуправления.
С приходом к власти российского бизнеса и его представителей информационное поле для народа было резко ограничено. Наиболее существенная информация была просто вытеснена с экранов телевизоров – основного источника информации для большинства народа[9].
Главной жертвой информационной блокады стала информация о социально-экономическом положении страны. О нем теперь принято говорить как о покойном – «или хорошо, или ничего». Поскольку найти положительное в экономическом развитии России в годы реформы трудно, информация минимизируется. Так называемая «народная экономика», появившаяся на многих каналах, сводится в основном к информации о котировках ценных бумаг на фондовых биржах и представляет интерес лишь для биржевых спекулянтов[10].
В целом, участие народа в процессе принятия решений ограничивается лишь правом один раз в 4 – 6 лет проголосовать за ту или иную партию, за того или иного президента. При этом, результаты голосования никак не учитываются при формировании правительства, а, следовательно, не оказывают никакого влияния на проводимую политику. Так, отвергаемая народом партия «Правое дело», не получающая даже достаточных для прохождения в Государственную Думу голосов избирателей, имеет своих сторонников на ключевых постах в экономическом блоке правительства, которое проводит в результате фактически экономическую политику этой партии.
 
Развитие народного самоуправления – основа сохранения и процветания России. Происходящие в России процессы, ведущие страну к катастрофе, одновременно разрушают все возможности для развития самоуправления народа. Но, в то же время, только движение в сторону развития народного самоуправления может создать прочную базу для подлинного народовластия, необходимого для предотвращения этих губительных тенденций и для всестороннего прогресса страны.
Такая база не может быть создана путем лишь периодических (раз в 4-6 лет) выборов Президента и Государственной Думы. Базой для действенной демократии и народовластия может быть только постоянное участие большинства народа в процессе принятия решений на различных уровнях.
Но для этого надо мобилизовать его творческий потенциал, привлечь к постоянному участию в процессе принятия решений, в самоуправлении.
Такое участие должно осуществляться как на уровне отдельного предприятия, организации, территориальной единицы, так и на более высоких уровнях, вплоть до общероссийского. Это требует системного подхода, построения соответствующей системы участия. 
Для этого надо создать «благоприятный климат»:                                             законодательный, организационный, финансовый.
На уровне отдельного предприятия/организации, при создании такого благоприятного климата, возможен ряд организационно-правовых форм привлечения трудящихся к процессу принятия решений.
Из уже существующих в Гражданском кодексе и законодательно узаконенных организационно-правовых форм предприятия целям участия трудовых коллективов в управлении в наибольшей мере соответствуют производственный кооператив и акционерное общество работников.
В целях создания более благоприятных условий для развития самоуправления трудящихся необходимо добиваться, чтобы в отношении этих двух организационно-правовых форм предприятий не допускалась противозаконная дискриминация, а приоритетное право выбора организационно-правовых форм предприятий предоставлялось бы их трудовым коллективам.
Накануне разгона Верховного Совета России на его обсуждение был представлен так называемый «Четвертый вариант приватизации», передающий приватизируемое предприятие в коллективную собственность трудового коллектива. Было бы целесообразно вернуться к рассмотрению этого законопроекта.
Большое значение для развития самоуправления трудящихся имело бы принятие проекта закона о «О самоуправляемом народном предприятии», в соответствии с которым государственные и муниципальные предприятия могут передаваться их трудовым коллективам в полномочное хозяйственное владение. Принятие этого закона имело бы громадное значение для демократизации государственной и муниципальной собственности и предотвращения ее расхищения. 
Однако ключевое значение для развития самоуправления трудящихся имеет не формальное наделение их титулами собственности, а обеспечение их реального участия в контроле и управлении предприятиями. Это участие не должно связываться лишь с их участием в собственности. В нынешних условиях России трудовые коллективы могут добиваться включения таких прав в коллективные договора с администрацией и собственниками.
Более радикальным решением было бы законодательное обеспечение таких прав. Важную роль могла бы сыграть реанимация принятого в первом чтении проекта закона «О трудовых коллективах», наделяющего их правом участия в контроле и управлении предприятиями всех форм собственности
Вместе с тем, обеспечение эффективности участия трудового коллектива в управлении даже на уровне отдельного предприятия требует выхода за этот уровень.
Во-первых, это диктуется необходимостью создания соответствующей инфраструктуры самоуправления: банков и инвестиционных компаний, консультационных организаций, юридических служб, системы экономической и технологической информации, школ управления и т.д.
Во-вторых, это необходимо для согласования интересов различных трудовых коллективов, выработки общей позиции по ключевым вопросам, без чего невозможно развитие системы самоуправления.
В-третьих, это необходимо для сохранения участия трудовых коллективов в управлении при создании различного рода вертикальных и горизонтальных объединений предприятий.    
Развитие производственного самоуправления создало бы благоприятные предпосылки для становления и развития территориального общественного самоуправления, для формирования финансовой базы последнего. Это особенно очевидно в тех населенных пунктах, где предприятия играют градообразующую роль, в сельской местности, где ведущую роль в жизнеобеспечении населения играют крупные хозяйства, в «спальных» микрорайонах крупных городов, где компактно проживают работники крупных предприятий. Развитие территориального общественного самоуправления позволило бы вовлечь в процесс социального развития дополнительный огромный потенциал жителей страны, в том числе активных пенсионеров, неработающих женщин, молодежи и т.д. Развитие системы территориального общественного самоуправления имело бы решающее значение для исправления положения   в жилищно-коммунальной сфере.
 
В сельском хозяйстве, наряду с производственными кооперативами, самоуправляемыми народными предприятиями на базе государственных хозяйств и расширением прав трудовых коллективов в крупных частных хозяйствах, большую роль в развитии народного самоуправления могло бы сыграть формирование системы сбытовых и кредитных кооперативов крестьян, а также перерабатывающих кооперативных предприятий, членамикоторых были бы наряду с работниками этих предприятий также производители сельскохозяйственной продукции, поставляемой на эти предприятия. Развитие в этом направлении способствовало бы улучшению сбыта продукции крестьян, уменьшению давлеющего над ними гнета спекулянтов-перекупщиков и монополистов-переработчиков, удешевлению сельскохозяйственной продукции для потребителей.
Большое значение для устранения пороков бюрократической системы, борьбы с коррупцией и экономическими преступлениями на всех уровнях и во всех сферах имело бы воссоздание системы народного контроля.
Развитие народного самоуправления требует создания необходимой                                 организационной, юридической, финансовой, обучающей                              инфраструктуры.Такая инфраструктура могла бы создаваться под эгидой советов трудовых коллективов и советов территориального общественного самоуправления всех уровней.
Развитие системы советов трудовых коллективов и организаций территориального общественного самоуправления стало бы действенной опорой подлинной демократии и народовластия. Будучи ключевыми элементами непосредственной демократии и постоянно действующей школой управления для самых широких масс населения, они одновременно способны существенно усилить представительную власть, придать ей подлинно народный характер. В качестве первого шага при представительных органах власти могли бы быть созданы две совещательные палаты: совет трудовых коллективов соответствующего уровня и совет органов общественного территориального самоуправления.Это стало бы естественной базой развития всех остальных институтов гражданского общества, которые по самой своей природе не могут быть назначены «сверху».
Исходной предпосылкой развития самоуправления народа должна быть реализация права на получение информации, без которого невозможна реализация права на контроль и права на участие в принятии решений.
 
Развитие народного самоуправления – это прежде всего процесс самоорганизации народа. Однако, особенно на начальных этапах, оно не может стать массовым без поддержки государства и общественных организаций.
Казалось бы, наибольшие возможности для поддержки развития самоуправления трудящихся имеют профсоюзы, непосредственно связанные с трудовыми коллективами. Однако основные руководители профсоюзов отказались от борьбы за участие трудовых коллективов в контроле и управлении предприятиями, ограничив свою роль частичной защитой трудящихся как отделенной от собственности и управления наемной рабочей силы.
Эту задачу могли бы взять на себя политические партии. Но поразительным явлением современной российской действительности является то, что все партии, в том числе левой ориентации, в дебатах на телевидении и программных заявлениях практически проигнорировали важнейшую проблему социально-экономического развития России – необходимость развития народного самоуправления.
Развитие народного самоуправления требует объединения всех сил, выступающих за подлинное народовластие, за повседневное участие народа в процессе принятия решений, за пробуждения творческой энергии народа.
 Здесь недопустимо «перетягивание каната», распри между различными партиями и организациями !
 Базой для такого объединения могло бы стать движение «Народное самоуправление», в котором могли бы принять участие                                           члены всех партий, всех профсоюзов, всех организаций,                                              все граждане.
 На нынешнем этапе центр такого движения мог бы сформироваться вокруг «Экономической и философской газеты»,которая ведет постоянноеобсуждение вопросов народного самоуправления, привлекая всех заинтересованных участников, аккумулируя все взгляды и подходы, весь опыт и знания (в том числе на специальном электронном сайте Trudkol).

[1] В.И.Ленин писал:: «Мы не утописты. Мы знаем, что любой чернорабочий и любая кухарка не способны сейчас же вступить в управление государством. В этом мы согласны и с кадетами, и с Брешковской, и с Церетели. Но мы отличаемся от этих граждан тем, что требуем немедленного разрыва с тем предрассудком, будто управлять государством, нести будничную, ежедневную работу управления в состоянии только богатые или из богатых семей взятые чиновники. Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было оно немедленно, т. е. к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту» (В.И.Ленин. Удержат ли большевики государственную власть?)
 
[2]. Удержат ли большевики государственную власть? (Ленин В.И. Полн. собр. соч., т.34, с.316)
[3]   В.И.Ленин, Полн.собр.соч., т. 38, с. 170
[4]  См. Ленин В.И. Полн. собр. соч., т.40, с.65-66
[5] См. Золотов А.В. Самоуправление непосредственных производителей: социально-экономические и организационные аспекты. Нижний Новгород, 1996, с.110
[6] Там же, с 114
[7] К.Маркс. Немецкая идеология    1846        Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 3. с. 75
 
 
[8] Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Т. 2. С. 42-43.
 
 
[9] Главная опасность ежедневных передач на основном телевизионном канале страны типа «Модный приговор», «Детективы», «Понять простить», «Давай поженимся и т.п , многочисленных похожих друг на друга сериалов, не только и не столько в том, что их воинствующая пошлость и примитивизм оказывают соответствующее воздействие на телезрителей. Их главная роль – отвлечение народа от реальных проблем страны и вытеснение информации об этих проблемах из информационного поля. 
[10] Это, возможно, очередной подарок народу от А.Чубайса – восторженного певца спекуляции. Еще в 1992 г. он разразился восторженным панегириком спекуляциям с акциями: «Фондовый рынок, на котором обращаются акции, - это в сущности увлекательная игра…Рядовым акционерам достаточно иметь в виду, что в этой игре, как и в любой другой, можно проиграть, но можно и выиграть. Это в значительной степени успех или неудача, это результат талантливого расчета и аналитического исследования, помноженного на вдохновенье». («Известия», 1992, 28 февраля).